Выборы в Беларуси: западный вектор


Безнадежность — это когда даже то, что хорошо, плохо!

Беларусь выходит из-под западных санкций. Данное решение Евросоюза, пока находящееся в стадии подготовки, является важнейшим итогом завершившихся в республике президентских выборов и, одновременно, ответом Запада на готовность А. Лукашенко вступить с Брюсселем и Вашингтоном в диалог в традиционном для официального Минска формате: «У нас нет никаких тайн от вас» (А. Лукашенко)…


Санкции

Прежде всего, необходимо уточнить, что в реальности никогда Беларусь не была под какими-либо системными санкциями. Все введенные против республики экономические санкции носили в большей степени символический и пропагандистский характер, так как ювелирно обходили немногочисленные статьи белорусского экспорта на Запад: выработанные из российской нефти белорусские нефтепродукты и калийные удобрения. Но это не мешало официальному Минску использовать факт введения западных санкций против РБ в качестве аргумента в пользу получения от России очередных дотаций и субсидий под предлогом, что «Запад наказывает Беларусь за её стремление к интеграции с Россией».

На самом деле западные санкции существовали только в качестве визового барьера для белорусской высшей номенклатуры, что очень обижало видных чиновников республики и самого белорусского президента с сыновьями. Так что, по сути, предстоящее замораживание санкций против Беларуси означает открытие туристического сезона для белорусского политического истэблишмента. Иными словами, представители белорусской номенклатуры поедут праздновать Рождество в Альпы, а также на курорты Испании и Италии.

Где признание выборов Западом?

Стоит напомнить, что главным итогом предвыборной кампании 2015 года должно было стать официальное признание Западом пятого срока Лукашенко. Формально это открывало для несменяемого белорусского президента новые горизонты: политический режим в Беларуси стал бы общепризнанным в мире и очень устойчивым, на порядок расширилась бы свобода политического маневрирования на мировой политической арене, МВФ предоставила бы для Минску льготный кредит (А. Лукашенко в Нью-Йорке просил 4 млрд. долларов), создались бы наиболее комфортные условия для давление на Россию с надеждой получить привычные кредиты, дотации и преференции (почти идеальная схема). В случае углубления кризиса между Россий и Западом, такое позиционирование, по идее, обеспечивает наиболее удачное для официального Минска сочетаний экономических и политических дивидендов от Востока и Запада.

Естественно, все эти метаморфозы должны сопровождаться активным информационно-пропагандистским прикрытием в формате борьбы за суверенитет Беларуси. Иными словами, основные лозунги завершившейся предвыборной кампании должны получить продолжение, сформировав политический стандарт следующей пятилетки.

Понятно, что для исполнения данного, скажем так, грандиозного сценария сильная и уверенная в себе Россия объективно представляет огромную угрозу для официального Минска. Прежде всего, Москва имеет массу рычагов для сведения признания Западом итогов выборов практически до нуля. В любом случае, попытки Минска опереться в диалоге с Москвой на поддержку Запада могут привести к тяжелому кризису в российско-белорусских отношениях с непредсказуемыми для А. Лукашенко последствиям. Поэтому, буквально позарез, нужна слабая Россия…

Стоит напомнить, что до настоящего времени А. Лукашенко никак не прокомментировал российскую операцию в Сирии. Эти шаги Москвы на мировой арене не вписываются в надежды А. Лукашенко, используя ситуацию на мировой арене, поменять свою политическую судьбу. Сценарий «трещит»…

Интриги

Видимо, в Минске, рассчитывая на то, что Москва надолго, если не навсегда, завязнет в противостоянии с Западом, были убеждены, что у них появляется геополитическая «щель», в которую А. Лукашенко успеет прошмыгнуть… В данном случае, необходимо еще раз отметить: интересы Минска почти совпадают с целями Киева. Белорусскому руководству нужна слабая изолированная Россия, увязшая в конфликтах по своему периметру и нуждающейся в активной и принятой на международной арене Беларуси в качестве посредника.

Отсюда и озвученное предложение распространить формат минской переговорной «площадки» на весь регион Восточной Европы, если не на все постсоветское пространство. В общем, торопятся получить еще не созревшие плоды только начавшегося диалога РБ с Западом.

Нельзя не отметить и такой аспект, как то, что вопрос о законности права А. Лукашенко на власть в Беларуси для правящего режима носит стратегический характер на фоне поднятой в белорусском политическом классе волне обвинений в адрес России, как непосредственной угрозе для белорусского президента. Напомним, что по версии ряда белорусских экспертов, Москва готовит заговор против А. Лукашенко. Видимо, кто-то в высшей белорусской номенклатуре (к примеру, полностью отмобилизованное украинское лобби), активно демонизируя Москву, подталкивает А. Лукашенко к Западу.

Но нельзя исключать и то, что в Минске в определенных кругах страхуются в отношении реакции Москвы на новый «европейский» образ А. Лукашенко. Может быть, ищут или уже призывают западное «покровительство»… В общем, суетятся и заранее копают землянки…

В любом случае, ради получения всего комплекса политических дивидендов от признания выборов Западом белорусскими властями был проведен предвыборный спектакль 2015 г., во время которого были созданы иллюзии демократического выбора, «реальной» политической борьбы за голоса избирателей и отсутствия даже намека на репрессии правящего режима. Однако на выходе Минск получил только озвученную перспективу «заморозки» антибелорусских санкций. Это очень скудный улов… Если не будет продолжения, то почти двухлетний прозападный дрейф А. Лукашенко рискует войти в историю Беларуси, как провал с тяжелыми долгосрочными последствиями для российско-белорусских отношений.

Что случилось? Может быть, А. Лукашенко допустил какую-то ошибку в выполнении своеобразной «дорожной карты» по развитию диалога с Западом? Или изменился внешнеполитический контекст?

«Дорожная карта»

Завершившиеся выборы проходили в исключительно благоприятных внешних условиях. Запад фактически «стреножил» белорусскую оппозицию. Россия с интересом наблюдала со стороны. Ни один из участников предвыборной «гонки» не позиционировал себя в качестве «ставленника Москвы».

После мартовского провала (А. Лукашенко рассчитывал после Высшего Госсовета СГ получить 3 млрд. долларов), белорусский президент весьма скрупулезно выполнял пункты своеобразной «дорожной карты», призванной разблокировать отношения с Западом: в апреле А. Лукашенко посетил с визитом Тбилиси и отказался присутствовать на параде в Москве 9 мая, в мае представительная делегация приняла участие в саммите европейской программы «Восточное партнерство» в Риге, в разгар лета В. Макей совершил вояж в Киев и Одессу, где встречался с М. Саакашили, попутно, посетив Минский завод колесных тягачей, белорусский президент не обнаружил в России «ни мозгов, ни денег», в сентябре белорусский президент полетел в Нью-Йорк с тремя (!) вариантами выступления на Генеральной ассамблеи ООН. Своеобразным итогом («последней каплей») было заявление А. Лукашенко 6 октября 2015 г. о российской базе в Беларуси, которой не будет. В принципе, на первый взгляд, А. Лукашенко сделал, все что мог и даже больше. Так, где же он споткнулся? Есть версия, что это произошло в Нью-Йорке, где, между прочим, состоялся политический дебют Николая Лукашенко.

Инфант

Коридоры в здании ООН видели всякое и всякого, но появление младшего сына белорусского президента, естественно, произвело глубокое впечатление на глав и полномочных представителей двух сотен государств мира.

История с нахождением в зале Генеральной ассамблеи Николая Лукашенко неожиданно приобрела едва ли не геополитическое значение. Прежде всего, стоит уделить немного внимания «теории» данного вопроса.

Неуклонно возрастающая политическая роль Николая Лукашенко является историко-политическим феноменом, найти аналог которому в политической истории человечества трудно, если не считать в перспективе появления на троне инфанта, тщательно опекаемого регентами в духе средневековой Византии и ранних франкских королей.

Автор уже не раз отмечал, что, во-первых, в белорусском случае мы сталкиваемся не столько с гиперболизацией отцовских чувств, на что охотно клюет солидная часть женского электората А. Лукашенко, сколько с превращением сына в своеобразный талисман, не только оберегающий от покушений или несчастного случая, но и «гарантирующий» сохранение власти в руках А. Лукашенко. Белорусский президент у власти третье десятилетие… Он переполнен мистикой, приметами и прочими предрассудками.

Во-вторых, А. Лукашенко фактически превратил своего младшего сына в президента-дублера. Так что в том же Нью-Йорке появился не президент Беларуси с сыном, а сразу два белорусских президента (Старший и Младший). И в этом, кроме того, что Николаю Лукашенко было интересно посмотреть Нью-Йорк, был определенный политический смысл, правда, в своеобразном белорусском формате.

Прежде всего, появление в зале Генеральной ассамблеи подростка должно было, по замыслу белорусских «экспертов», безусловно, поставить А. Лукашенко в центр мировых новостей. Кроме того, присутствие мальчика должно было ощутимо смягчить имидж «последнего диктатора Европы» перед столь желанной для А. Лукашенко встречей с президентом США.

Иными словами, суть не в Николае, а во встрече А. Лукашенко с Б. Обамой. Мальчик выступал в роли инструмента «смягчения» или «увлажнения» проблемы по принципу «все мы люди…».

Стоит напомнить, что здесь мы сталкиваемся с повторением уже успешного опыта. Считается, что В. Путин с особой приязнью относится к младшему Лукашенко (У российского президента дочери). В общем, стояла задача разжалобить…

Видимо, частично данные надежды оправдались, так как случилось нечто удивительно. Интрига обнаружилась в реакции на появление в Нью-Йорке младшего белорусского президента системы аккредитации и безопасности штаб-квартиры ООН, да и самих американских властей. Как ни странно, но Николай Лукашенко оказался за столом белорусской делегации совершенно законно. Ребенка аккредитовали (!), что не вписывается ни в какие регламенты и традиции Организации объединенных наций.

Остается спросить, зачем это было сделано? Из уважения к министру иностранных дел РБ В. Макею? Сомнительно… Видимо, между американским и белорусским руководством все-таки были какие-то предварительные договоренности. Другое дело, что их по каким-либо причинам так и не удалось реализовать.

Именно благодаря этим причинам белорусский президент выступил с речью, которая никак не вписывалась в «дорожную карту» (1), встреча с президентом США так и не состоялась (2) и белорусской стороне пришлось довольствоваться дежурной фотографией Старшего и Младшего белорусских президентов с президентской четой США, полученной после приема, данного от лица Б. Обамы, в конце ассамблеи (3).

Сирия

Что же произошло? С одной стороны, ничего особенного. Понятно, что в Нью-Йорке «песню» А. Лукашенко сломал В. Путин. Белорусам хватило где-то в коридорах штаб-квартиры ООН пересечься с российской делегацией, чтобы политический инстинкт А. Лукашенко мгновенно сработал.

Российский президент прилетел в Нью-Йорк не просить, не договариваться, а проинформировать, что Москва открывает боевую операцию в Сирии. Хотя просьба все-таки была: «не мешайте, раз сами ничего сделать не можете!». Напомним, что буквально через несколько дней, 30 сентября российские самолеты принялись утюжить позиции ИГИЛ.

Действительно, если РФ сможет до Нового года сломать ИГИЛ и примыкающие к нему террористические группировки, то объективно США потерпят жестокое поражение на глазах всего мира. В Вашингтоне это понимают, но ничего сделать не в силах. Разделение террористов на «плохих» и «хороших» в итоге завело коалицию в тупик.

Реплика

Своеобразным символом данного тупика стала Украина, где сейчас СМИ, с одной стороны, уже второй раз хоронят в Сирии всю российскую авиацию, включая вертолеты и «дроны». С другой стороны — стенают и рыдают над судьбой несчастных бойцов ИГИЛ, которых гадкая Россия лишает традиционных развлечений: утопления заложников или публичное отрезание голов у своих противников.

К этому негодованию в отношении «нецивилизационного» поведения России («орда») присоединились и отдельные белорусские информационные ресурсы. Но это только одна часть процесса. Стоит напомнить, что задолго до встречи Б. Обамы и В. Путина, и в Киеве на высшем уровне, и в Минске на формально экспертном, в отношении России употреблялся в основном термин «изоляция», что, в общем-то, раскрывало уровень подготовки и квалификации украинского и белорусского экспертного сообщества.

Между тем, видимо для некоторых особо «компетентных» политологов необходимо напомнить, что в основе международных отношений лежат вопросы международной безопасности. Это «азбука», известная даже старшеклассникам.

Известно, что только две страны на планете располагают военным потенциалом, способным за 15-30 минут полностью уничтожить не только друг друга, но заодно и все человечество, то становится понятно, что диалог между Москвой и Вашингтоном будет всегда, пока есть ядерное оружие.

Этот диалог был и в годы «холодной войны», есть он и сейчас, и будет в будущем, так как это проблема элементарного выживания, которая касается всех. На этом глобальном фоне Крым, Донбасс, Сирия и т.д., при всей трагичности этих событий, как бы цинично это и не звучало, выглядят недоразумениями.

Изолировать Россию невозможно, как бы кто истерично не стучался головой о клавиатуру…

Все поменялось

В Сирии и Ираке, в Йемене – везде идет война. Помимо России в войну втягивается Иран. Беженцев развозят в лагеря по всей Европе. В Литве, к примеру, в таком лагере их демонстративно и упорно кормят свининой. Между тем, Украина почти не встречается в мировых новостях. В итоге, потребность в услугах со стороны А. Лукашенко сократилась на порядок. Политический «балет» с Европой подошел к концу… Минский процесс урегулирования на Украине вошел в формат рутины и нажить на нем политический потенциал белорусским властям можно будет, только если в Донбассе, не дай Бог, снова вспыхнет война.

Реплика

Вообще-то, то, именно негативный акцент постоянно «выплывает» в ходе анализа любых проходящих в Беларуси процессов. Республика откровенно паразитирует на беде соседей: украинский кризис, российские контрсанкции, экономический кризис в РФ и т.д. На трагедии украинского народа А. Лукашенко в текущем году даже выборы выиграл. Точно так же в 2004 году на детской крови в Беслане выиграл референдум о снятии конституционного «счетчика» по переизбранию на пост президента. В Минске так принято — везде выхватываются возможности нажиться на соседских проблемах или беде.

Что дальше?

Дальше, как всегда, Москва. Дело в том, что за время предвыборной «гонки» проблем в белорусской экономике накопилась на критическую массу. Естественно, А. Лукашенко может надеяться на МВФ, но Россия как-то ближе и понятнее. Осталось только найти новую аргументную базу, призванную доказать Кремлю необходимость и дальше обеспечивать экономику Республики Беларусь.

Но беда в том, что и здесь ситуация поменялась кардинально. Низкие цены на нефть разоряют Беларусь (в первую очередь клан Лукашенко и приближенных к нему олигархов). Сейчас А. Лукашенко нужно только деньги и денег много. Именно их он и будет просить в Москве, причем, обещать при этом будет буквально все. Все равно ничего не исполнит.

Начинаем новый пятилетний тур…

Андрей Суздальцев
Источник

0 комментариев

Оставить комментарий